Пятилетний подросток

— Я не твоя дочка!

Я слегка опешил. Вроде до подросткового возраста еще далеко,  и я пребывал в спокойной уверенности, что можно расслабиться – время подготовиться еще есть. Не подготовился. На столе ужин, мой мозг не нацелен решать семейные конфликты – им сейчас полноправно завладел желудок. Эх.

— За этим столом сидит моя семья. Эта еда для моей дочки. Если ты не моя дочка, то иди в свою комнату и сиди там. Ну и подумай там заодно.

Дальше развернулась драма. Пятилетняя девочка-подросток была отправлена в свою комнату. С ней так всегда. Она не прогнется ни на йоту.  Дойдет до самого конца. И если уж ей будет больно, то больно на ее условиях.

Хорошо, что у меня жена очень умная. Про «больно на ее условиях» – это она мне объяснила.

— А знаешь, вот ты ее отправил сейчас в ее комнату, ее же «игру» поддержав про «не твоя дочка», и она ушла туда вся в слезах и легком шоке. Но не так, как будто весь мир ее рушится и сердце разрывается на части. Потому что у нее и тени сомнения нет в том, что она – твоя дочка. И всю эту ситуацию можно легко повернуть обратно.

Через десять минут моя дочка ко мне вернулась: «Прости меня, что я сказала, что не твоя дочка».

Что меня ждет через лет так 10, я уже теперь представляю. Вряд ли удастся подготовиться.

> Константин Гусихин
 
 
 
 
 
писАл папаша
 
 
Зуб даю
Штирлиц любил стариков и детей, а я люблю пятницу и субботу
Ошибка отца. Не совершать!