Так и придет бедность...

Художника легко обидеть.

— Ваша Лера сегодня тыкала в девочку карандашом и дралась.

Со этого дня мы в новом детском саду. Наш закрылся на лето. Новый коллектив, новая воспитательница, новые правила. Лера виновато на меня смотрит и ждет, что будет дальше.

— А ваша Лера дралась, — вторит воспитательнице Полина. Полина из нашего детского сада. Она умеет тыкать карандашом так, что воспитательницы не замечают. А Лера не научилась. Еще пара незнакомых голосов повторяют уже успевшую мне надоесть фразу.

— Разберемся, — отрезаю я и наклоняюсь к Лере. — Ну что ж ты, жалуются на тебя, плохо себя вела?

Я уже начинаю в голове прорабатывать план, как доехать до дома, как еще раз обсудить, как наказать. Но мой вопрос стал последней каплей державшегося до конца ребенка. Чаша переполнилась и огромные слезы молча стали вылезать из глаз. Лерины слезы, если искренние, иногда можно принять за эти самые глаза, такие они крупные. И я понял, что мой ребенок устал. Первый день, новые люди, новые впечатления.

— Хорошо. Я не буду тебя сегодня наказывать. Подойди к воспитательнице и просто попроси прощения.

Воспитательница растрогана до глубины души. Целует и успокаивает Леру:

— Да я же не только тебя сегодня ругала. И меня иногда ругают, ничего страшного. Не расстраивайся.

Мы выходим из здания. Лера потихоньку успокаивается. Я решаю выяснить, в чем было дело.

— Я нарисовала рисунок. А эта девочка сказала «фуууу».

Я сразу все понимаю. Для Леры рисование сейчас — это вся жизнь. Она рисует постоянно, как только есть возможность. Это «фуу» было очень некстати.... Первый день, новые люди, новые впечатления. Ну, я уже говорил.

— Лера, ты в следующий раз скажи этой девочке, что ты нарисовала этот рисунок и тебе папа за него даст пятьсот рублей, а за ее рисунок вряд ли.

Лера чувствует, что пятьсот рублей звучит солидно, но не очень понимает в чем солидность, поэтому уточняет: «А зачем мне пятьсот рублей?»

— Ну на них ты можешь купить 10 киндеров.

Аргумент возымел действие моментально. Ребенок успокоился. Доехали до дома, Лера первым делом взялась за рисование. Через полчаса подходит ко мне с новым рисунком: «Папа, а за такой рисунок ты мне дашь пятьсот рублей?» Я подвоха не почувствовал и утвердительно закивал...

С утра мы собираемся в сад. Сегодня уже третий день в новом саду. Вчера воспитательница на мой вопрос о лерином поведении довольно развела руками: «Очень хорошо себя вела». Так что жизнь налаживается. Лера улыбается, в ее руках позавчерашний рисунок: «Папа, дашь мне пятьсот рублей?»

— Да зачем они тебе?
— Я на них десять киндеров куплю!

Пришлось раскошелиться.

> Константин Гусихин
 
 
 
 
 
писАл папаша
 
 
"Прощай Рэй" или классик для сына
Мелодрамам и различного рода слезогонным сериалам я не смотритель.
Раз — и папа!